Неделя Обнинска
Если страшно - лучше остаться на Земле
В гостях у ...
15.04.2021

Космонавт Виктор Афанасьев рассказал о страхе, двери с автографами и НЛО.

На этой неделе россияне отметили большой праздник - День космонавтики. Это одна из важнейших дат не только для нашей страны, но и всего мира, символизирующая готовность человечества выйти за пределы своей «колыбели» и познавать новые горизонты.

В преддверии этого события у журналистов «Недели» выпала возможность пообщаться с героем Советского Союза Виктором АФАНАСЬЕВЫМ, который провел в космосе 555 дней.

Конечно, вопросов к Виктору Михайловичу была масса, и уложить их все в одно небольшое интервью невозможно. Тем не менее, прославленный космонавт поделился традициями, бытующими среди отправляющихся к звездам, рассказал о красоте, которую невозможно понять, находясь на нашей планете, и о том, существуют ли на самом деле НЛО.

 

В РАСЦВЕТЕ СИЛ

- Виктор Михайлович, космос для Вас был мечтой с самого детства, или это стремление появилось позже?

- Когда мы родились, в космос еще не летали - полет Гагарина пришелся на мои 13 лет и тогда такие мысли появились. Мы жили недалеко от военного аэродрома, и я мечтал стать пилотом истребителя, как собственно и случилось. Затем сначала попал в программу «Буран», но её закрыли, и нам предложили перейти в «Мир-Союз».

- А сколько Вам было, когда Вы отправились в первый полет?

- На орбите я встречал 42-й год. Здесь нужно понимать, что на «Буране» должны летать летчики испытатели 1-го класса, для этого надо стать военным летчиком 1-го класса и еще пройти общекосмическую подготовку. Мы её начали в 1985-м и закончили в 87-м году. А первый старт был уже в 90-м.

- Довольно долго ждали...

- На самом деле нет. В среднем с начала подготовки проходит по 5-7 лет, некоторым приходится ждать и по 10-12. Тем более в нынешней обстановке, когда вообще не ясно, когда будет полет и не перенесут ли его.

- Вы летали в космос четыре раза - какой был самый сложный?

- Да это вообще дело непростое, скажем прямо. Мне лично больше нравится, когда в экипаже 2 человека - так проще, но мне довелось летать и втроем и это, наверное, был самый непростой. С нами был еще француз и он настоящий профессионал своего дела, но человек с совершенно другим менталитетом, поэтому небольшое недопонимание все-равно бывает. Тут в таких случаях просто улетаешь в уголок, в иллюминатор на Землю посмотришь и понимаешь, что нам рассчитывать только друг на друга, если что случится. Никто на помощь оперативно не прилетит, а значит собираешься и работаете дальше.

- То есть, даже в случае ЧП нет никакой возможности получить поддержку?

- После 1985-го года одно время держали наготове резервный экипаж, и даже был случай, когда он понадобился. То ли болезнь, то ли психология - но космонавтов пришлось возвращать назад.  Но обычно осмотр и подготовка такие случаи исключают.

- А сколько Вам было во время последнего полета?

- 53 года.

- Солидная цифра - это по меркам космонавтов много или мало?

- Для нас такого понятия нет. Либо твое здоровье и физическое состояние позволяют летать, либо нет. Я вот пришел относительно поздно, поэтому ничего удивительного. А так Павел ВИНГОРАДОВ у нас отметил 60 лет на орбите и ничего.

- Важно ведь учитывать еще и моральное состояние. Вам бывало страшно в космосе?

- Никогда. Я считаю, что если тебе страшно, то лучше оставаться на земле. Силой тебя в космос никто не затащит, а раз хочешь, значит будь добр справиться и держать себя в руках. Все подобные мысли нужно побеждать заранее. А когда попадаешь на орбиту, об этом даже не вспоминаешь - там такая красота вокруг.

 

ПО ГЛОТОЧКУ

- Что больше всего запомнилось в полетах?

- Это сложно описать, даже пример какой-то привести не получается. Особенно когда не из иллюминатора смотришь, а выходишь в открытый космос и под тобой Земля. Даже фотографии всего этого великолепия не передают.

- Родные места с орбиты высматривали?

- Конечно. В то время у нас не так все освещено было по сравнению с Америкой или Европой - там сплошные яркие пятна. А у нас Москва, южнее Киев, а между ними мой родной Брянск.

- Какое-то место еще приглянулось?

- Мне очень нравилось наблюдать за Гибралтарским проливом. Даже с такого расстояния место очень красивое.

- Виктор Михайлович, всем известно, что у космонавтов есть традиция смотреть «Белое солнце пустыни» перед полетом. А есть еще какие-то ритуалы?

-  Есть несколько. Перед выездом из гостиницы экипаж собирается у командира выпить по бокалу шампанского: когда еще доведется - не знаешь, поэтому по глотку хотя бы все делают.  И закрывая дверь обязательно расписываешься перед выходом. Там уже живого места не было от наших «автографов» прежде чем их поменяли, но такой обычай.

Ну и еще один, тоже довольно известный, это уже когда едете на посадку, выйти и справить нужды на правое заднее колесо автобуса. Когда с нами летал японский корреспондент Акияма ТОЁХИРО, они это дело с репортерами тоже засняли поначалу, но им рассказали, что эту часть показывать не стоит.

- А что касается возвращения?

- Оставить подпись на капсуле, но это получается не всегда. Там суета такая,  обследование, журналисты и прочее - у меня получилось только дважды.

 

 С ИНОПЛАНЕТЯНАМИ ШУТКИ ПЛОХИ

- Космос - это для многих очень загадочное пространство - с Вами случались какие-то необычные ситуации?

- Смотря, что под этим понимать. У меня во время третьего полета умерла мама, я об этом узнал уже позже, но в день, когда её не стало, меня как будто подбросило что-то, словно сигнал «тревоги» включили. Я у ЦУПа спрашиваю в чем причина, а мне отвечают, что никто ничего не включал, тревоги не было. Получается, почувствовал что-то.

- А встречи с НЛО бывали?

- Нет, инопланетяне к нам в иллюминатор не стучались. Здесь есть одно правило - если вдруг тебе что-то показалось, то спрашивай своего напарника, видит он то же самое или нет. Если нет, то и говорить не о чем, психика штука такая, можно всякого себе напридумывать, а это всегда чревато. Но один случай забавный был.

- Расскажите?

- А почему нет! В преддверии 1-го апреля нас попросили какую-нибудь шутку сделать - по радио «Маяк» каждый четверг была программа «Мысли сверху» и мы периодически что-то туда отправляли. А к нам до этого пришел груз, и мой напарник, Муса МАНАРОВ, отвечает, мол не до шуток нам, с третьей попытки пристыковались, а там на узле какие-то цифры странные, знаки.

Ну так и отправили. Что уж там было в передаче мы не знаем, но на следующий день на связь выходит ЦУП и просит подтвердить. Говорим - шутка первоапрельская, не всерьез это, а они просят прислать фото. Ну мы и послали, а перед этим сами разные символы нарисовали. В общем, розыгрыш-то хороший получился, но уфологи за него крепко зацепились. Я даже как-то общался с ученым из Италии, он про этот случай спрашивал и отказывался верить, что это мы так шутим, решил, что «сверху» запретили рассказывать. Так что после этого мы с инопланетянами не шутили.

- Виктор Михайлович, а как Вы сегодня оцениваете нашу космическую программу?

- Отрицательно. К сожалению, прогресса никакого я не вижу, даже скорее наоборот - пока движемся «по инерции», на былых заслугах. Ну и на опыте (а такого, как у нас, ни у кого нет), но на одном опыте далеко не уедешь. Это результат ожидаемый, когда во главе стоит не конструктор, не инженер и даже не летчик, а журналист. На словах и презентациях все красиво, а на деле Китай и США нас опережают, и это отставание необходимо срочно наверстывать.

Беседовал

Степан ФЕДОРОВ

Поделиться