Несмотря на то, что на календаре уже июль и один месяц школьных каникул позади, образовательные учреждения Боровского округа и их выпускники только-только выдохнули, завершив пору сдачи единых госэкзаменов.
Этот итог мы подвели вместе с начальником управления образования Алексеем Гераськиным. Говорили о результатах ЕГЭ, об особенностях современной системы образования, о кадровом голоде и о том, каким должен быть учитель, чтобы дети бежали в школу за знаниями.
- Алексей Васильевич, можете дать оценку, сильно ли отличается ЕГЭ-2026 года от прошлых лет? Стали экзамены сложные или, наоборот, проще?
- Задания мы не имеем права смотреть и проанализировать, поэтому не могу. Процедурные изменения были небольшие, но, надеюсь, наши ученики даже не заметили разницы между тем, как было, когда они сдавали экзамены в 9 классе.
В этот раз случилось меньше сбоев с техникой, все экзамены начинались вовремя. В принципе, у нас даже и апелляций как таковых не было именно на процедуру проведения. Поэтому, я думаю, провели хорошо.
- Если посмотреть статистику ЕГЭ, то очевидно, что ежегодно большинство детей выбирают обществознание. При этом данный предмет нельзя назвать простым, поскольку, как любой гуманитарный, он требует хорошей памяти. Получается, выбор связан не с лёгкостью, а с перспективой поступления в вузы?
- Совершенно верно. Основным критерием выбора предметов для экзамена являются требования тех вузов, куда ребята собираются поступать. В прошлом году произошли изменения в правилах приема: где-то географию восстановили вместо обществознания, где-то на историю заменили, но все равно для поступления на обучение по большинству гуманитарных специальностей требуется обществознание. Сам по себе предмет нельзя назвать легким, он требует умения рассуждать. В тестовых частях, где задания с выбором вариантов, тоже не все однозначно. Поэтому надо очень глубоко понимать суть понятий, определений, процессов социальных. Обществознание - один из самых сложных предметов. По результатам ЕГЭ количество не сдавших его у нас на втором-третьем месте. Поэтому, да, не самый простой, но с точки зрения профессионального выбора детей, он очень востребован.
- Что думаете по разделению в ЕГЭ математики на "профиль" и "базу"? Есть ли в этом смысл?
- Даже не знаю, как прокомментировать этот элемент госполитики. На мой взгляд, здесь чисто психологический фактор. Те, кто выбирают сдавать математику базово, получают оценку по пятибалльной шкале - не так травматично оказывается, чем оценка по стобальной системе "профиля". Получить четверку как-то теплее, чем 67 баллов, согласитесь, хотя это одно и то же. В принципе, в обоих случаях необходимо продемонстрировать идентичный набор знаний и компетенций, ведь минимальная проходная планка "профиля" на ЕГЭ - 27 баллов, то же что и проходная тройка в базовом уровне.
- Но какой в этом смысл? Ведь подавляющее большинство вузов требует для поступления "профиль". Следовательно, "база" позволяет претендовать на зачисление в средние профессиональные заведения, а это доступно и после девятого класса.
- Неправильно считать, что базовый - элементарный уровень знаний, а профильный - что-то запредельное. Сдача базовой математики говорит, что выпускник освоил предмет на уровне школьной программы. Этого достаточно для вузов, где математика - не самый первоочередной предмет. Даже при низких баллах по этой дисциплине дети добирают на экзаменах по русскому языку и предметами по выбору. А профильная математика позволяет более детально дифференцировать абитуриента, который проходит конкурс в вуз по специальности, где требуются глубокие знания этой точной науки.
- Ещё из наблюдений: одиннадцатиклассники практически не выбирают для ЕГЭ литературу.
- Она мало где требуется.
Как правило, литературу выбирают те, кто собираются поступать на учителя русского языка, литературы или на журналистский факультет.
- Влияет ли это на читаемость старшеклассников?
- Читать приходится в любом случае, потому что литература требуется для сдачи экзамена по русскому языку. Кроме того, если помните, для допуска к ЕГЭ надо написать итоговое сочинение и без начитанности это практически невозможно. Поэтому нельзя сказать, что наши современные школьники мало читают. Потом, читать приходится много по всем предметам.
А ещё у нас есть уже опыт, когда дети, посещающие театральную студию, увлекаются литературой - и отечественной, и зарубежной, значительно больше чем остальные. И что здесь является первопричиной: сначала они увлекались литературой, потом пошли в театр, или театр их подвигнул по-другому взглянуть на школьную программу и так называемое внеклассное чтение - вопрос. Но я все-таки лелею мысль, что театр подвигает детей лучше понимать литературу и больше читать.
- Каков результат ЕГЭ в этом году?
- Средний балл ниже, чем в прошлом, но при этом и разброс меньше - более ровно стали идти. Это, в том числе, как мне кажется, является следствием того, что большое внимание целый год уделяли унификации оценок. У нас два года назад две школы попали в перечень образовательных учреждений с необъективными образовательными результатами. То есть по итогам всероссийских проверочных работ (ВПР) оказалось, что они оценены ниже или сильно выше, чем реально ребенок знает. Например, четвертные все тройки, а по ВПР все получили четверки или пятерки. Это деформация системы оценки учителя. Поэтому уделили внимание задаче унифицирования с федеральными нормами оценивания. И то, что сейчас более плотненько результаты выдались, мне кажется, это тоже одно из следствий этой работы.
- Согласитесь, любое оценивание - субъективно, поскольку на него влияет эмоциональных фон и личное отношение.
- Последние лет 15-20 систему образования ориентировали на то, чтобы сравнивать ребенка с самим собой: как он вырос от некой отправной точки до следующей. В результате мы получили историю, когда ребенок понемногу рос, и в качестве поощрения ему ставили завышенные оценки, которым его знания объективно не соответствовали. И к 9 классу он доходил с огромным разрывом между реально усвоенным материалом и оценками. Но это неправильно, поскольку таким образом стимулировали процесс, но не результат. Сейчас система меняется, так как стране нужны не только те, кто умеет расти над собой, но и те, кто умеет достигать необходимых результатов.
- Каких высот по итогам ЕГЭ достигли выпускники 2026 года?
- У нас 22 ученика получили на экзаменах 90 баллов и выше. Причем двое - 99 баллов. В плане результатов образовательных учреждений очень сильно выделяются балабановские школы № 4 и № 5. Неожиданно "выстрелила" школа в Кривском, очень сильный выпуск. На сегодняшний день она занимает третье место среди школ района по высоким результатам учеников на госэкзаменах.
- С чем связываете?
- Вероятно, набор сильный. Второе - этот поток выпускников попал под разные социальные эксперименты школы. Качественная педагогика и работа психолога, театральная студия и агрокласс - это дало суммарный результат. Несмотря на то, что сама школа старенькая, переполненная, здесь смогли создать образовательное пространство, которое позволяет держат планку. Молодцы!
- Как с медалями в этом году?
- Изначально было 45 кандидатов, при этом 31 на "золото" и 14 на "серебро". Но для их получения надо не только иметь высокие оценки в аттестате (все "отлично" и не более двух четвёрок соответственно), но и набрать высокие баллы на ЕГЭ. А тут ребята переволновались настолько, что один вместо золотой медали получил серебряную, а второй отличник вообще провалил экзамен - на двойку сдал. Теперь будет пересдавать 8 июля, но медали уже никакой, к сожалению, не будет.
А так, есть очень высокие результаты. Бутусова Томила набрала по предметам 94, 99, 84, 86 баллов. Есть ребята, получившие за экзамен прям высочайшие 90, 92 и 89 баллов.
- Но все-таки отсутствие стобальников в нашем округе - это повод задуматься?
- Не вижу в этом какой-то критичности. Ведь 1-2 балла, которых не хватило до сотни - это всё равно влияние личного мнения оценивающего или статистическая ошибка. Разницу между 99 и 100 баллами даже профессионал не объяснит.
Но больше выпускников с высокими результатами мы, конечно, хотели бы иметь. Поскольку, если такого результата в школе нет, значит она сама признает, что не выдает программы в полном объеме.
- Насколько это объективно? Ведь вы, как сказали ранее, экзаменационные задания не видели, а ученики из года в год говорят, что в билетах есть вопросы по темам, которые в школе не изучали, поскольку это уровень спецшкол и вузов.
- С 1 сентября прошлого года синхронизированы учебные планы, темы и их последовательность изучения по каждому предмету. Следовательно есть задачи, которые нужно выполнить, чтобы ученики всех школ получили единый объем знаний, необходимый для сдачи ЕГЭ. Грубо говоря, если историю берем - перечень дат, событий, имен и прочее.
- Вы привели не очень удачный пример - историю. Здесь, в принципе, всё просто - зубри! Но есть математика, химия, физика - их надо понять. И когда уровень задач на ЕГЭ превосходит школьную базу, появляется это неравенство знаний.
- Школы работают по ФГОС - федеральным государственным образовательным стандартам. Они предполагают единый подход к обучению, по факту получается, это минимальный уровень, который должны достичь все. Учитель очень часто вынужден ориентироваться на самых слабых учеников класса, чтобы всех вытянуть. В результате кто-то действительно недополучает внимания и развития. Это сложно в условиях большой численности классов, требует таланта от педагога, знание методик индивидуального подхода к ученикам, чтобы тянуть вверх. Так что, да, у нас есть проблема, когда мы ориентируемся на средний уровень или слабый, и не все темы, которые должны быть даны, хорошо прорабатываются для учащихся с высоким потенциалом.
- Может быть, найти избавление проблемы в создании факультативов или тематических кружков, как это было в советское время? Например, в одной школе организовать кружок по физике, в другой - по химии. Это позволило бы расширить возможности для образования и общения с единомышленниками, что очень продуктивно в любом деле. Дополнительно это сняло бы с родителей финансовую нагрузку на репетиторов.
- Во-первых, есть проблема внешняя - транспортная. Например, для детей из сельских школ сложно в принципе добраться до города: из Борисово, Асеньевского и Абрамовского автобусы ходят чуть ли не два раза в сутки.
Вторая проблема внутренняя. Дополнительное образование в школе может быть организовано за счет финансирования из двух источников: за счёт части областной субвенции (до 15% от фонда оплаты труда может быть направлено на оплату труда учебно-вспомогательного персонала - библиотекарь, педагог-психологи, учитель-логопед, и на оплату труда педагогов дополнительного образования) и местный бюджет. Но эти средства у нас уже распределены на действующие кружки. Поэтому для расширения возможностей образовательные учреждения участвуют в конкурсах на получение грантов на школьные инициативы. Это целевой механизм, и очень действенный. У нас уже много кто реализовал так свои проекты, и в этом году тоже несколько школ получили гранты. Да, не все они образовательные в классическом понимании, но это лаборатории, зоны отдыха в школах, проекты по туризму и кулинарии - те направления, которые востребованы учениками. Это главное!
Также школы привлекают спонсоров для своих инициатив. Например, в школе деревни Кривское есть агрокласс. Благодаря внебюджетному финансированию для него закуплено оборудование на сумму порядка 6 миллионов рублей: гидропонная ферма с интеллектуальной системой управления, микроскопы с высокой степенью увеличения, позволяющие цифровую картинку снимать, есть химические реактивы для исследований. Это, конечно, немного другая история. Здесь есть заинтересованность руководства местного агрохолдинга и оно не столько во взращивании интереса у школьников к химии и биологии (хотя это присутствует), сколько к созданию условий для детей своих сотрудников - такая социальная ответственность.
Что касается местного финансирования допобразования, то оно идёт только на наш Центр творческого развития. Он ограничен в площадях и ориентирован на, так сказать, креативную индустрию. Но мы хотели бы, чтобы у нас появился аналог станции юных техников, потому что именно инженерно-технического образования не хватает.
С точки зрения материально-технической базы мы успели все школы провести через федеральный проект «Успех каждого ребенка», открыв «Точки роста». И практически во всех школах появилось современное оборудование для занятий по биологии, химии или физике.
- Но в этих кабинетах кто-то должен преподавать.
- Да, и это тоже проблема. К сожалению, пока нет механизма и бюджетных ресурсов, чтобы взять и оформить педагога допобразования в ЦТР на базе какой-то школы, хотя это очень востребовано. Например, ермолинская школа нашла ресурсы для открытия курсов китайского языка. Так вот, через полчаса, как открыли запись на вакантные места, набралось желающих на четыре группы. Но брать на себя такой объем один человек не может. Усугубляет проблему зарплата педагога дополнительного образования - оклад 12 476 рублей, после вычета НДФЛ останется 144 рубля за одно часовое занятие. Это копейки! Поэтому немногие учителя после основных уроков остаются и за такую зарплату заниматься дополнительно, да ещё с вдохновением. Такие педагоги вызывают восхищение!
- Алексей Васильевич, а обязаны ли школы организовывать факультативы по предметам для подготовки к ЕГЭ?
- Нет, это не обязательно. Более того, это не рекомендуется. Почему? Должны быть профильные классы. Логика такая: если ты идешь в 10 класс, значит, предполагаешь подготовку к получению в будущем какой-то специальности, соответственно, надо выбирать профиль. Но наши условия, к сожалению, не позволяют сделать специализацию по школам. Например, хочешь стать юристом - идёшь в одну школу, решил развиваться в направлении космонавтики - в другую, планируешь стать медиком - в третью. У нас эти профили не так ярко выражены, хотя госполитике создания таких условий для учеников 10-11 классов мы, конечно, следуем: делим один класс на две профильные группы, чтобы у детей была возможность выбора.
- В успешной сдаче экзаменов важна целеустремленность ребенка, но и без качественного разъяснения материала не обойтись, а для этого необходимы учителя. Каков на сегодняшний день дефицит педагогов в наших школах?
- Потребность в учителях значительная! У нас на пятнадцать школ осталось три физика, аналогичная ситуация с учителями химии - четыре учителя. Я сейчас имею ввиду тех, у кого есть профессиональное образование учителя-предметника. Решаем проблему за счёт переподготовки преподавателей других дисциплин и увеличения нагрузки - некоторые работают на две ставки.
Один из путей решения проблемы - долгосрочные программы, то есть обучение наших выпускников по целевому направлению в педагогические вузы. Но это тоже не панацея. Например, в этом году на учителя химии согласился пойти только один человек, ещё один - на физика, на математика - никто. Тут сложно даже уговаривать, ведь учитель сам должен быть увлечен своим предметом, в противном случае это приводит к выгоранию и вообще к уходу из профессии.
В основном популярностью для выбора целевого направления пользуется история, иностранные языки. У нас, например, один ученик будет учителем китайского: он давно занимается его изучением - победитель региональных олимпиад - и сам попросил это направление для получения профессии в вузе. Надеюсь, он вернется к нам в школу в качестве педагога.
- Какие ещё используете механизмы для привлечения кадров?
- Работаем по программе "Земский учитель". По ней можем привлекать опытных педагогов. Вообще, министерство образования Калужской области дает нам большую часть квот, выделяемых региону. В этом году к нам заявляются три учителя.
Также используем меры социальной поддержки. Например, предоставление Боровским округом служебных квартир. Но такая возможность есть только в Балабанове и Митяеве. Также за счёт средств местного бюджета выделяется компенсация за аренду жилья учителям, у которых нет своего. В прошлом году сумму подняли до 15 тысяч рублей в месяц.
В этом году мы замечаем интересную тенденцию - на нас начинают смотреть наши педагоги, которые ездят работать в Московскую область. Сейчас средняя заработная плата учителя в Боровском округе 60-67 тысяч рублей, а в Московской - 87-88 тысяч рублей. Разница в 20 тысяч уходит на дорогу и питание, поэтому она уже не столь существенная.
А вообще, я не знаю ни одного субъекта Федерации и ни одного округа Калужской области, где не было бы такого жесткого дефицита кадров.
- Вы были замглавы администрации Боровского района по социальным вопросам, сейчас - начальник управления образования. Совместив видение с этих двух должностей, скажите, какие меры могли бы повлиять на привлечение к нам педагогов?
- Мне кажется, у ответа на этот вопроса есть три слоя.
Первый - реальная потребность молодых педагогов - жилье: программы, позволяющие компенсировать часть ипотеки, сниженная процентная ставка по ипотечному кредиту или предоставление служебного жилья с правом через 10 лет его приватизации. Мы тут посчитали: это сопоставимо с ежемесячной надбавкой в 20 тысяч рублей, так что вариант неплохой.
Второй слой - удержание специалистов. Текучесть кадров у нас не самая высокая, но чувствительная. Многих молодых педагогов очень быстро разочаровывают условия и большие психоэмоциональные нагрузки. Учителя, которые уходят из школы, чаще всего называют причиной трудности коммуникации с родителями. При этом неудовлетворенность уровнем зарплаты у них на четвертом-пятом месте.
Есть недовольство условиями. У нас настолько выросло число детей, что в некоторых школах нет отдельного помещения для того, чтобы учителя могли пообедать. Поэтому многое держится на эмоциях, на коллективе, взаимоподдержке. В школах, где создается такое сообщество, учителя держатся очень долго. Да, некоторые все же уходят, но там где директора смогли создать нужную атмосферу, текучесть кадров не превышает 12 %. Кстати, как только меняется директор, этот показатель вырастает, что вполне логично.
Третий слой - это ошибка выбора дела жизни. Бывает, приходят молодые специалисты, и уже через три месяца просят их отпустить, говорят "это не моё".
Хотя есть и другие истории, когда к нам приходят не педагоги по образованию, а из смежных профессий, например из IT-сферы, и мы видим, что это просто гениальные педагоги. Дети к ним тянутся, а такие учителя умудряются поднять ребят на невероятный уровень с точки зрения предметных знаний, умеют выстраивать взаимоотношения, дети их за это любят.
- Получается, есть ещё одна возможность пополнять учительский фонд.
- Раньше были интересные программы, финансируемые частными фондами, которые позволяли таким "не педагогам" по образованию попробовать себя в школе. Сейчас, к сожалению, у нас такого нет. Но государство немного меняет правила: разрешили приходить в школу учителями и без базового педагогического образования, но с высшим образованием по профилю преподаваемого предмета с профессиональной переподготовкой по педагогике. Так что мы открыты всем. Можно пробовать.
У нас в одной из сельских школ работал настоящий профессор. Переехал из Москвы, было скучно на пенсии и пришел учить ребят. За год добился сумасшедшего результата - подготовил призера областной олимпиады, умея увлечённо и просто объяснять сложные вещи.
Ведь здесь история в чем? Где-то было исследование, показавшее, что учитель способен передать не более 20% своих знаний ребенку. Соответственно, чем больше педагог знает, тем больше эта двадцатипроцентная величина. Но одного знания предмета недостаточно, нужны еще методика и умение любить даже хулиганов. Если у учителя нет любви, будь он даже гениальным профессором, в школе у него мало что получится.