Неделя Боровского района
Человеческий фактор или бездействие врача?
Скандал
26.05.2016

Роженица в критическом состоянии несколько часов ждала спасения в обнинском роддоме, а нашла его только в Калуге!

Сериалы про медиков показывают борьбу за жизнь каждого пациента. Вот открываются двери скорой, возле которой толпится куча людей в белых халатах. Больного тут же перекладывают на носилки, подключают к датчикам и торопятся оказать помощь.

В реальности обнинского роддома недавно все было совсем иначе. Будущую маму, беременную двойней, с угрозой преждевременных родов сначала заставили побегать по медгородку, собирая документы для приема, а потом три часа убеждали, что «спасать там нечего». Между тем, тем, кого было «не спасти», на днях исполнилось уже две недели.

 

НЕТ ПОЛИСА - НЕТ РОЖЕНИЦЫ!

Беременность Ирины К. (имена изменены по просьбе героев статьи) была сложной. Тем не менее, она и ее семья делали все, чтобы малыши появились на свет здоровыми. Рожать девушка планировала в одном из лучших Центров акушерства и гинекологии им. Кулакова в Москве.

Однако этому не суждено было сбыться. На сроке 26 недель у Ирины начались проблемы. Они с мамой Мариной отправились в женскую консультацию Обнинска. Осмотрев девушку, врач поставила неутешительный диагноз: угроза преждевременных родов. УЗИ лишь подтвердило догадки специалиста, который дал направление в больницу и совет: «Срочно ложитесь».

К пяти часам вечера Марина с дочерью добрались до роддома КБ №8, однако там, похоже, людей больше волновали документы, нежели состояние поступившего к ним человека. Дело в том, что у Ирины не был заменен полис после замужества и, как следствие, смены фамилии. Таким образом, девушку попросту отказались принять без этого документа! И это при том, что толпы иностранных граждан рожают в обнинском роддоме без всяких полисов - просто за деньги!

Почему же обнинчанку Ирину, поступившую экстренно из женской консультации с внятным диагнозом, требующим немедленной помощи, отправили оформлять документы? Таким образом, еще целый час ушел на то, чтобы девушка взяла полис.

 

«ЭТИ ДЕТИ НЕ ДОЛЖНЫ РОЖДАТЬСЯ!»

Как рассказала мама Ирины, когда они с дочерью вернулись в роддом, у нее начал побаливать живот. Женщина попросила каталку, но ей отказали. Лифт тоже не дали. На четвертый этаж будущая мама двух малышек (напомним, с угрозой преждевременных родов) шла пешком, где еле выбила себе бесплатную палату! И это при том, что при ее диагнозе постельный режим является одним из важнейших лечебных факторов!

Однако дежурный акушер-гинеколог Армен АРАКЕЛЯН (имя-фамилия изменены и будут опубликованы после завершения проверки прокуратуры - Прим. Ред.) решил почему-то с порога вынести суровый вердикт.

- Этот человек начал нас убеждать, что Ирины дети не должны рождаться! Сказал, что спасать уже нечего. Что двойня - это уже патология. А я просила его сделать хотя бы укол. Я связалась с московским врачом, который вел нас. Тот сказал, чтобы срочно ставили гинипрал и кольцо, способное остановить роды. На это обнинский доктор ответил, что у них ничего нет, а гинипралом они не пользуются, потому что завотделением якобы запретила. В итоге, с пяти и до десяти вечера мы просили хоть что-то сделать с дочерью, а он отвечал, что нет смысла, -  с ужасом вспоминает Марина, пожалуй, самый страшный день в ее жизни.

Лишь спустя пять часов Аракелян, как рассказывает Марина, начал звонить в Калужскую областную больницу, чтобы те приняли беременную маму, которой обнинский роддом попросту не в силах оказать помощь.

 

ВРАЧ В КАЛУГЕ: «ДУМАЛА, УЖЕ НЕ СПАСЕМ!»

Только тогда, в 22:15, ей поставили первую капельницу, чтобы остановить преждевременные роды!

- Пока мы ждали скорую и собирали вещи, Аракелян заходил к нам, спрашивал, зачем нам двойня? Мол, надо было раньше думать. Говорил, что дети больные, и нечего им рождаться. Я была в шоке от такой «поддержки»! - рассказывает Марина.

Действительно, какое право имеет врач решать, кому жить, а кому умереть? Его дело - спасать жизни, а не вершить судьбы. И какого уровня невероятного цинизма надо достичь, чтобы посметь говорить такие вещи про столь желанных малышей перепуганной девушке?!

Переезд в Калугу стал для семьи отдельным кошмаром.

- Ехали мы ужасно. Дочь лежала на носилках прямо на полу. Ее подкидывало на всех ухабах. Потом ей стало плохо, начала терять сознание, вся побелела, живот разрывало от боли. Врач, которая нас принимала в Калуге, сказала, что как увидела Иру, думала, не спасут, - со слезами вспоминает Марина.

В областной больнице Ирину сразу окружили врачи, подключили к капельницам. На том самом пресловутом гинипрале, которого не нашлось в Обнинске, девушку продержали в роддоме еще две недели, вырастив малышей практически вдвое.

Сейчас кризис у близняшек миновал. Одна из них абсолютно здорова, второй, будучи еще у мамы в утробе, поставили порок сердца. Тем не менее, это не давало Аракеляну никакого права решать, должны дети рождаться или нет.

- Упаси бог к такому врачу попасть! Мы могли потерять и детей, и дочь! Наш московский доктор ему сказал, что самое худшее его действие - это бездействие, - негодует Марина.

 

«КРУЧЕ НЕ БЫВАЕТ!»

Теперь как с действиями, так и с бездействиями врача Аракеляна будет разбираться обнинская прокуратура, куда Марина обратилась с просьбой привлечь его к ответственности.

А вот руководство роддома считает, что врач все сделал профессионально. Более того, по мнению заведующей Веры ПЛАШКЕВИЧ, именно он - тот самый спаситель.

- Речь изначально шла о транспортировке пациентки в Калугу. А перевод должен быть согласован, на что уходит время, иногда целые сутки! Но с точки зрения оказания помощи здесь круче не бывает. Все сделано супер! Я увидела в истории трактоцил (немецкое лекарство, которое поставили Ирине уже в скорой. - Прим. Ред.) и закатила глаза. Его редко, где колют! Именно наши правильные действия позволили довезти девушку с детьми до Калуги. Я могу принести извинения от своего имени и учреждения только за отсутствие коммуникативной способности врача, который с трудом фильтровал свой профессиональный сленг. Он не имеет права решать, кому и кого сохранять. За это он будет наказан. Но он все сделал правильно! - считает госпожа Плашкевич.

Внятного ответа на вопрос, почему Ирине начали оказывать помощь лишь спустя три часа после поступления, «Неделя» от заведующей так и не получила, как и не увидела удивления на лице Плашкевич.

Не шокирует ее и отсутствие круглосуточного поста УЗИ в собственном отделении. По ее мнению, это вообще не аппарат первоочередной необходимости в данной ситуации.

 

ГДЕ «КОЛХОЗ»?

В целом итог часовой беседы журналистов с руководителем роддома таков. Тем, кто подчиняется калужскому Минздраву, живется проще, чем подчиненным ФМБА: зарплаты у федералов меньше, кадров не хватает, полноценной реанимации новорожденных нет. Выход у столь нищего роддома, как обнинский, один - переводить всех сложных пациентов в Калугу, а там (вот же редиски!) не хотят их принимать, и «уламывать» областных коллег приходится сутками.

Однако в Калуге с госпожой Плашкевич категорически не согласны. Как рассказала «Неделе» заведующая акушерским отделением патологии беременности областной  клинической больницы Татьяна АГЕНОСОВА, большинство согласований проходят мгновенно - по телефонному звонку.

Что же касается помощи Аракеляна, «круче» которой, по мнению Плашкевич, и быть не могло, то весьма печально, если это максимум, на который способен ее роддом, при котором пациентку сначала с трудом госпитализируют, а потом несколько часов заставляют ждать, когда же ее соизволят спасти, да еще и пытаются внушить, что спасать, якобы, некого. Больше на садизм похоже! А может все это потому, что денег не предложили?

Почему Ирине не поставили капельницу с трактоцилом сразу? Думали, достойна ли пациентка того, чтобы тратить на нее дорогое лекарство? И почему в роддоме не оказалось хотя бы бесполезного (как считает Плашкевич) гинипрала и копеечных колец от преждевременных родов? И если, как опять же считает заведующая роддомом, гинипрал - это прошлый век, в котором до сих пор, видимо, живут в Калуге (повторимся, две недели Ирину они «держали» именно на этом лекарстве), то почему один из крутейших научных центров Москвы тоже просил Аракеляна как можно быстрей ввести девушке именно это лекарство?

Так что оценивать тут надо не только эмоциональное поведение врача, но и его бездействие, а также компетентность его руководителя, которая в прошлом году перед выборами рассказывала, сколько у нее медсвязей в столице, а сегодня расписывается в собственной управленческой беспомощности.

 

А тем временем...

ТУТ ПОМНЮ - ТУТ НЕ ПОМНЮ!

Рассказать о своей позиции «Неделя» попросила и самого Армена Аракеляна. Диалог с журналистами мы публикуем, что называется, без купюр. Лишь просим обратить внимание, что врач, похоже, путается и в своих показаниях, и в документальных.

- Армен Рубенович, ваша пациентка, Ирина К. говорит, что вы некорректно разговариваете, позволяете себе хамство. Не хотели деток ее спасать. Пять часов их продержали без помощи и лишь в скорой ей поставили капельницу...

- А если я скажу, что в течение часа я организовал их поездку в Калугу? А мне хамил и угрожал по телефону их папа?

- А он вышел из себя е после ваших определенных действий? Или бездействия?

- Вы себе отчет вообще отдаете, когда говорите?

- Я просто спрашиваю вас...

- Я с ними был очень вежлив и оказал всю медпомощь согласно стандартам. Женщина была отправлена в областной центр с необходимым лечением. И находилась она у меня всего в течение часа.

- По документам она у вас пробыла не менее трех часов.

- Ну? Из которых половину времени у меня занял отец. И почему они были недовольны, они попрощались и еще сказали «спасибо» и угрожали, что придут к нам и отблагодарят. Я за свои слова отвечаю. Есть свидетели.

 - А зачем вы сказали, что эти дети рождаться не должны?

- Это вранье. Этого не было! Я разочарован вообще, потому что они вели себя иначе и ушли довольные и благодарные.

- Все-таки, сколько пробыла пациентка в роддоме?

- Я не помню. Все надо в документах смотреть...

Анастасия БОЛТАЧЕВА

Поделиться