Марина Ахмедова, главный редактор издания ИА Regnum и член Совета по правам человека при президенте России, на этой неделе сделала часовое видеоинтервью с главой Калужской области Владиславом Шапшой. Посмотреть целиком его можно на сайте издательства, а мы предлагаем текстовый разбор с цитатами. 

Это была небезынтересная встреча, учитывая, что начало их знакомства начиналось с конфликта - около пяти лет назад Ахмедова делала материал о проблеме мигрантов в Калужской области, приезжала в Обнинск и после этого выступила с достаточно агрессивной критикой властей региона и его главы, в частности. В прежние времена г-жа Ахмедова позиционировала себя как журналиста, который «умеет основательно портить жизнь недобросовестным чиновникам». Что и попыталась сделать...

Но в этот раз собеседники были настроены миролюбиво. Мы выбрали наиболее интересные фрагменты состоявшегося разговора. 

В последнее время многие чиновники считают своим долгом блеснуть знанием истории России или хотя бы засвидетельствовать к ней свое почтение. Ну а как иначе, когда у нас президент государства целые лекции иностранным журналистам читает, а на переговоры главой делегации отправляет историка Мединского?!

Вот и разговор с Ахмедовой начался с истории. Правда, на сей раз повод был не абстрактный. Накануне другой член СПЧ - Кирилл Кабанов приезжал в Калужскую область как организатор круглого стола по теме противодействия фальсификации истории и даже «исторического экстремизма». Владислав Шапша принимал в его работе непосредственное участие.

 

Марина Ахмедова:

- Почему в качестве площадки для дискуссии на эту тему был выбран ваш регион?

Владислав Шапша:

- Я не могу говорить за экспертов - почему они нас выбрали. Могу лишь поблагодарить их и сказать, что наша калужская земля была местом многих важных исторических событий. Тут и героическая оборона Козельска (города, который во время монгольского нашествия под предводительством хана Батыя монголы не могли взять семь недель, и, положив уйму воинов, назвали его «злым городом» - Е.С.), и Стояние на Угре... Важно не допускать их искажения.

 

К вопросам истории: в России хорошо знают таких исторических деятелей, как Дмитрий Донской, Иван Грозный, Петр I, Екатерина Великая. И в то же время совершенно незаслуженно обойден вниманием выдающийся правитель Иван III - человек, который фактически завершил сбор Русского государства из разрозненных княжеств, положил конец трехвековому монгольскому игу (тем самым Стоянием на Угре), провел значительные реформы, ввел знаменитый Судебник - первый свод законов единого государства...

Фактически это был государь, начавший превращение раздробленной территории с единым языком в Россию, единое государство с многими языками.

Владислав Шапша:

- Памятник Ивану III стоит напротив здания правительства Калужской области. И таких памятников в стране всего два или три. [Это был] крепкий, сильный лидер, который знал куда идти...

 

На этом просвещение Марины Ахмедовой не закончилось. Нашлось место и историческим «гитикам».

Владислав Шапша:

- А знаете, откуда пошло выражение «сесть в лужу»? Нет? От нас. На территории Калужской области есть река Лужа. Выражение возникло, когда российские войска опрокинули туда наполеоновскую армию.

От себя отметим, что это действительно имевший место исторический факт. После разгрома отступающих французских войск под Малоярославцем на реке Лужа в журнале «Русский инвалид» (тогда под инвалидами подразумевались отставные, заслуженные воины, не способные продолжать нести службу по состоянию здоровья, но в случае необходимости готовые встать в ополчение) вышла статья с заголовком: «В Малоярославце Наполеон сел в Лужу». 

Разговоры на историческую тему привели к обсуждению (и осуждению) ядерных бомбардировок Японии Соединенными Штатами, откуда мостик плавно перекинулся на Обнинск - первый наукоград и первый атомный город страны. Из обмена репликами стало ясно, что журналист не очень хорошо подготовилась, и у нее нет понимания, чем отличается мирный атом от ядерного оружия. В представлении Марины Ахмедовой в Обнинске ковалось что-то «грандиозное, смертельное», в чем участвовал и отец Владислава Шапши.

 

Марина Ахмедова:

- Ваш отец этим занимался.

Владислав Шапша:

- Он занимался, когда все основное (связанное с атомной энергетикой - Е.С.) уже было придумано. Но да, всю жизнь посвятил науке...

Марина Ахмедова:

- ... созданию чего-то грандиозного, смертельного!

Владислав Шапша:

- В Обнинске исследовалась та часть атомной науки, которая занимается не смертью, а созиданием. Когда Курчатов создал атомную бомбу, следующим его заявлением было: «Пора атому стать не солдатом, а рабочим». У нас была построена первая в мире атомная электростанция, началось производство экологически чистой энергии.

 

От истории и науки перешли к экономике.

Г-жа Ахмедова вспомнила, как в итоговом выступлении Президента России Владимира Путина на ПМЭФ, последний особенно выделил успехи Калужской области, последовательно улучшающей свой инвестиционный рейтинг. Шапша не стал присваивать себе все лавры и отметил, что начало подобной политики региона было заложено еще его предшественниками.

Владислав Шапша:

- [Это возникло не вдруг]. На протяжении 15 или даже 20 лет Калужская область занимается созданием благоприятной и дружелюбной атмосферы для инвесторов. Не было такого опыта в стране! А конкуренция высокая: нас вокруг Москвы много - столица окружена регионами, нам пришлось выделяться.

По словам главы Калужской области, есть два ключевых условия для привлечения инвесторов в регион:

Владислав Шапша:

- При этом никто не говорит, что надо распластаться [перед инвесторами], все делать в убыток себе. Нет! Все должно быть на взаимовыгодных условиях. Регион должен возвращать потраченное... Для понимания: мы в свое время взяли кредит на 12 миллиардов рублей, чтобы создать инфраструктуру для привлечения инвесторов. В итоге на каждый вложенный рубль получен 21 рубль налогов.

Рассказывая о диверсификации экономики области - шаге, на который пришлось пойти, чтобы смягчить удар международных санкций, Шапша отметил в том числе рост фармацевтического кластера. Объем производства вырос за последние пять лет в 2,5 раза, причем речь идет о полноценном производстве препаратов, а не только о таблетировании готовых порошков.

Владислав Шапша:

- В Обнинске строится завод по производству радиофармпрепаратов. Первый в истории России. Раньше у нас для медицины производились изотопы, но в научно-производственных лабораториях при институтах. Они активно шли на экспорт. А сейчас мы строим производство.

Собеседница губернатора дала понять, что не совсем понимает, о чем речь. Шапша терпеливо взялся объяснять: мол, изотопы в медицине используются в целях диагностики - например, при онкологии вводится радиоактивное вещество и по его концентрации в органах врачи понимают, какие участки организма поражены. Но сами по себе они не лечат.

Владислав Шапша:

- Чтобы изотопы работали как препараты, к ним надо «прикручивать» белок. Это как нефть. Ее можно продавать сырой как сырье, а можно в качестве нефтепродуктов - результатов глубокой переработки. Радиофармпрепараты - результат переработки, изотопы - сырье.

Марина Ахмедова тут же попыталась вывернуть все в ура-патриотическом контексте, мол, ага, а эти изотопы-то, небось, у нас Европа не перестала покупать, несмотря на санкционные войны. Шапша посмотрел на нее с легким сожалением: его собеседница вообще не поняла, в чем смысл и значимость производства, которое сейчас разворачивается под Обнинском.

Владислав Шапша:

- Весь мир покупает эти изотопы... а потом мы покупаем у них их же обратно, но уже в виде препаратов. Поэтому сейчас в Обнинске строится завод, который сам будет производить препараты! Эта штука важнее атомной бомбы!

 

На протяжении всего интервью в разговоре часто фигурировал Обнинск. Возможно потому, что наш город - единственный в регионе, который посетила Марина Ахмедова несколько лет назад, приезжая на громкий скандал с мигрантами. Утверждать не беремся, но так или иначе, у постороннего и не связанного с Калужской областью человека при просмотре могло сложиться впечатление, что Обнинск - областная столица.

Марина Ахмедова:

- Почему в Обнинск-то едут?!

Владислав Шапша:

- Потому что Обнинск активно развивается. Это один из немногих небольших городов России, который демонстрирует подобную динамику. Города-миллионники растут и притягивают новое население по объективным показателям, а вот стотысячники скорее наоборот. Но Обнинск - исключение. Сейчас в городе население составляет около 130 тысяч человек, десять лет назад было порядка 105 тысяч.

Ахмедова оживилась и высказала предположение, что в Обнинск едут главным образом «иностранные специалисты» (оба собеседника выделяли словосочетание голосом, давая понять, что используют его как эдакий эвфемизм для обозначения слова «мигранты»). Во многом с ее подачи сформировался образ Обнинска как Мекки для мигрантов, где можно получить гражданство, вид на жительство, льготы и социальные пособия.

Владислав Шапша:

- Сомневаюсь, что иностранные специалисты настолько материально обеспечены, чтобы покупать себе квартиры. Проблема с ними - не проблема отдельно взятого Обнинска, это проблема каждого экономически развитого региона России (едут туда, где есть деньги). Что касается Калужской области, то мы стали первыми в РФ, кто принял на себя ответственность за ужесточение миграционной политики.

 

И тут Марина Ахмедова оседлала своего конька: журналист и член СПЧ позиционирует себя как одного из главных борцов с мигрантами в медиа и общественной сфере. Обнинск стал для нее в свое время воплощением «мигрантского зла».

Марина Ахмедова:

- Лично для меня дискуссия по теме миграции началась с Обнинска. В 2022 году я и Кирилл Кабанов приезжали сюда по вызову в одну из школ, где дети мигрантов домогались до девочки. Ситуация была раскалена. Многие классы были переполнены, количество детей мигрантов составляло до 20%... Сама тема (засилья мигрантов в регионах) была табуирована, поэтому особо показательной в этом плане для меня стала история Обнинска.

Владислав Шапша:

- Вы просто никуда не ездите. Москва и Подмосковье значительно дальше нас продвинулись и по количеству мигрантов, и по количеству их детей в школах. И об этом все говорят... Сам по себе приезд мигрантов это половина проблемы. Приехали - уехали. Но что делать, когда приехали и остались? Получили гражданство, вид на жительство. Привезли семьи - детей, которых надо отправлять в школы, где и возникают проблемы... Исходя из этого мы, например, остановили Программу переселения соотечественников - чтобы сократить количество иностранцев, которые получают гражданство. Потому что соотечественник соотечественнику рознь - иногда и языка-то не знают.

 

В ходе разговора Шапша несколько раз пытался донести до собеседницы мысль, что проблемы с миграцией возникли не на ровном месте. Существует устойчивый запрос на рабочую силу, учитывая дефицит кадров в стране. Без мигрантов экономика на данном этапе обойтись не может. Другое дело, что сама миграционная политика нуждается в пересборке.

Владислав Шапша:

- Сейчас мы переходим на организованный ввоз рабочей силы, по квотам, бригадами. Работники из Индии, КНДР. Суть в том, чтобы они организовано приезжали, зарабатывали и уезжали. Такой опыт есть в ОАЭ, где местное население - два миллиона человек, а мигрантов в стране - около семи миллионов. Для них построены специальные поселения с социальной инфраструктурой, но при этом законодательство очень жесткое - нарушишь, депортируют без возможности вернуться. Я там был, смотрел, как все организовано, как может работать... Да, можно (и нужно) быть дружелюбными, но надо помнить, кто в доме хозяин.

 

Марина Ахмедова:

- Ваши представления, что мигрант должен приехать, заработать и уехать - они какие-то слишком идеалистические.

Владислав Шапша:

- Ваши предложения?

Марина Ахмедова:

- У меня их нет, у меня дискуссия.

Вот и поговорили... 

В какой-то момент диалог «о мигрантах» приобрел сюрреалистический оттенок.

Марина Ахмедова:

- Почему вы считаете, что мы не обойдемся без мигрантов?

Владислав Шапша:

- Я могу собрать все вакансии, занятые мигрантами и предложить их соотечественникам. С работников вашей студии начнем?

Марина Ахмедова:

- Почему сразу из моей студии?! У меня мало людей!

Владислав Шапша:

- У нас в целом стало меньше людей, а работы - больше. Потому что мы привыкли к определенному уровню благосостояния, комфорта. Его кто-то должен обеспечивать. Мы не хотим сами укладывать тротуарную плитку, потому что это тяжело, монотонно и грустно. Не хотим стоять у конвейера. Не хотим жертвовать комфортом...

Марина Ахмедова:

- Я готова жертвовать комфортом! Я готова ходить в магазин САМА!

Видимо, это был некий намек на решение губернатора Санкт-Петербурга Александра Беглова, который вводит с 21 августа 2025 года запрет для мигрантов на работу курьерами.

Владислав Шапша:

- А у вас в магазины сами не ходят? Мы ходим. Не это проблема.

 

Было несколько моментов, когда собеседница своими вопросами ставила главу в тупик. Например, услышав заявление о бандах мигрантов, «кошмарящих» Обнинск («вот Обнинск с этим знаком не понаслышке»), Шапша с трудом удержался от того, чтобы не прочистить уши.

Владислав Шапша:

- Я живу в Обнинске. Моя семья тут живет. Я каждые выходные прохожу в городе по 20 километров. У меня нет охраны, я хожу один. За все это время меня никто не съел, не укусил, не ударил. Никакие банды у нас не ходят. Вы в любое время суток сможете пройти из одного конца города в другой.

Марина Ахмедова:

- Есть опасения.

Владислав Шапша:

- Из них надо не страшилки делать, а формировать запрос для принятия конкретных решений.

 

И раз уж зашла речь о решениях.

В ответ на рассуждения, что «надо что-то делать», глава Калужской области назвал три ключевых решения, которые могли бы кардинально поменять ситуацию в области миграционной политики, если бы их приняли на уровне руководства страны.

Владислав Шапша:

- Вы все время меня пытаетесь подвести к каким-то репрессивным решениям. К чему? К столыпинским вагонам? К расстрелам? А я предлагаю ликвидировать условия, в которых такие ситуации возможны.

 

В финале встречи Шапша дал понять собеседнице, что любые кризисы - это еще и возможности. Что и доказали сначала пандемия, а затем - санкционные войны против России.

Владислав Шапша:

- Для региона, который выстроил свою экономику, свое имя на привлечении инвестиций, в том числе иностранных (в значительной степени), начавшееся давление было огромным вызовом. Нас называли самым проблемным и самым уязвимым регионом для санкций. И это правда. Но мы выстояли.

С каждой из иностранных компаний работали индивидуально: кто-то ушел, хлопнул дверью, а кто-то и остался. С кем-то мы долго вели переговоры, придумывали варианты сохранения бизнеса на территории. Многие сегодня продолжают работать и развивать производства.

За два года мы сумели перезапустить автомобилестроительный кластер, а это - судьба десяти тысяч людей и их семей. Сегодня наш главный запрос - кадры.

Поделиться